19 июня 1941 года состав ВМФ СССР получил приказ наркома Николая Герасимовича Кузнецова "Перейти в оперативную готовность №2"
19 июня 1941 года советские флоты получили приказ перейти в оперативную готовность №2, к началу войны они смогли перейти в готовность №1.
Подготовка к отражению нападения Германии в период с 1 января по 20 июня 1941 года
По состоянию на начало 1941 года руководству СССР по различным каналам уже поступала информация о подготовке Германии к войне против СССР. В этой связи в конце 1940 – начале 1941 годов руководство Вооруженных Сил СССР и Наркомат ВМФ поставили флотам ряд задач, по разработке оперативных планов и планов взаимодействия на случай военного конфликта с Германией.
Так, основы подготовки Советских Вооруженных Сил к отражению нападения гитлеровской Германии и ее союзников были определены директивой Народного комиссара обороны СССР от 14 октября 1940 года № 103312.[3] Их развитием стали директивы Наркома ВМФ от 26 февраля 1941 года №№ 14844, 14845 и 14846, в которых Военным Советам флотов были поставлены задачи по разработке планов действий каждого флота на морском направлении, а так же совместных действий армии и флота по отражению нападения. [3, 4, 5] В директивах указывалось, что при разработке планов следовало исходить из предположения одновременного выступления против СССР на западе коалиции, возглавляемой Германией и включающей в себя Италию, Венгрию, Румынию, Финляндию и Швецию с одновременным выступлением против СССР на востоке Японии. Этими же директивами флотам были определены задачи на случай войны. К середине апреля 1941 года планы действий (оперативный план и план прикрытия) были разработаны и утверждены Народным комиссаром ВМФ. [3, 4]
Так же в феврале Военному Совету Северного флота директивой Наркома ВМФ от 18 февраля 1941 года № 14750с для отражения внезапного нападения и прикрытия побережья был установлен состав боевого ядра Северного флота. В соответствии с директивой в состав боевого ядра должны были войти: 1 эскадренный миноносец, 2 сторожевых корабля, 4 подводные лодки, 2 тральщика, 3 малых охотника, береговые батареи, звено бомбардировщиков, эскадрилья истребителей, эскадрилья гидросамолетов «МБР-2». Фактически в полном объеме приказ Наркома командованием флота исполнен не был по причине низкой технической готовности кораблей и их малочисленности. [5]
В мае 1941 года, в связи с усилением напряженности в отношениях с Германией и проводимыми германским военным командованием мероприятиями по наращиванию группировки войск на советско-германской границе, командование ВМФ предприняло новые меры по недопущению внезапности нападения на силы флота и военно-морские базы. В частности, Нарком ВМФ дал указание Военным Советам флотов усилить воздушную разведку, установить дежурство береговых и зенитных батарей, развернуть корабельные дозоры, кроме того Северному флоту было дано указание увеличить состав боевого ядра. [5, 6]
В соответствии с указаниями Наркома ВМФ практически все мероприятия командованием флотов были выполнены (за исключением Северного флота), в частности Краснознаменный Балтийский флот развернул корабельные дозоры в следующем составе:
одну подводную лодку на подходах к Ирбенскому проливу;
одну подводную лодку и эскадренный миноносец на подходах к устью Финского залива. [3]
5 июня 1941 года командующий Черноморским флотом вице-адмирал Октябрьский и член Военного Совета флота дивизионный комиссар Кулаков донесли в Наркомат ВМФ, что с 4 июня в Румынии начата всеобщая мобилизация, а немецкие и румынские войска стягиваются к советско-румынской границе. В связи с этим в 08:45 7 июня 1941 года Дунайская военная флотилия перешла на оперативную готовность № 2. [6]
10 июня 1941 года начало скрытой мобилизации было отмечено и в Финляндии: разведкой флота было установлено, что финские власти ведут эвакуацию населения из приграничных районов. [5]
В связи с активизацией с 17 июня полетов самолетов-нарушителей в Заполярье, командование Северного флота, кроме подъема в воздух истребителей, с 18 июня 1941 года разрешило открывать огонь зенитной артиллерии. Учитывая неясную и тревожную обстановку, сложившуюся к этому времени Военный Совет флота в 18:30 18 июня повысил готовность кораблей и частей, одновременно была начата подготовка подводных лодок к выходу на позиции. В начале суток 19 июня 1941 года оперативная служба Северного флота доложила, что к 02:45 подводные лодки и запасы топлива были рассредоточены. [5]
В этот же день, 19 июня, состоялся и первый воздушный бой надвигающейся войны. Вернувшийся на аэродром пилот самолета И-153 доложил, что в 11:40 в районе губа Зубовская – Вайда он произвел две атаки на самолет Хе-111, причем на втором заходе сам был атакован самолетом Ме-110, от атаки уклонился и ушел на аэродром. В течение суток 19 июня 1941 года зенитная артиллерия Северного флота неоднократно вела огонь по самолетам-нарушителям, израсходовав в общей сложности 241 снаряд калибра 76 мм. [7]
В связи с ростом напряженности, в 16:15 19 июня 1941 года Нарком ВМФ Н.Г.Кузнецов приказал перевести Северный, Балтийский и Черноморский флоты, а также Дунайскую и Пинскую флотилии в оперативную готовность № 2. На флотах (БФ и СФ) оперативная готовность № 2 была введена в 17:00. [7, 8] Северный флот усилил корабельные дозоры на подходах к Кольскому заливу, Балтийский – в Ирбенском проливе, в устье Финского залива, на подходах к Таллину, Либаве и Кронштадту. Черноморский флот, вернувшийся 19 июня с учений, продолжал оставаться в оперативной готовности № 2, которая была введена еще до их начала. [9]
По существу, объективно оценивая ситуацию, можно сказать, что для флотов война началась еще до официального ее объявления 22 июня 1941 года. В этом отношении показательна запись, сделанная в «Отчете по предварительным итогам боевых действий СФ за период с начала военных действий с 17 июня по 31 июля 1941 года». В нем указывается:
«Боевые действия Северного флота указанного периода делятся на два этапа:
а) до официального объявления войны – по 21 июня;
б) после объявления войны – с 22 июня.
Этап до объявления войны характеризуется:
Полетами Германских самолетов над нашей территорией, базами, территориальными водами ежедневно в течение 17, 18, 19, 20 июня, по несколько раз в сутки, и полетами над сухопутной границей 21.06.41 г.
Повышением боевой и оперативной готовности флота.
Обстрелом 19.06 и 20.06 неприятельских самолетов зенитной артиллерией (сбитых самолетов не было).
Преследованием самолетов противника нашими истребителями 19.06 с боем у полуострова Рыбачий.
Выводы:
…
4. Военные действия фактически начались до объявления войны – 19.06.41». [10]
Осмысливая значение цитируемого «Отчета» следует иметь ввиду, что Военный Совет Северного флота, по линии оперативной службы, своевременно производил доклады в Москву обо всех перечисленных событиях (включая воздушный бой) и никто из руководящего состава флота не был обвинен в паникерстве или провоцировании агрессора.
Кроме этого документы свидетельствуют, что флотское и сухопутное командование на местах тесно взаимодействовало и обменивалось информацией. Так, 20 июня 1941 года командующий КБФ вице-адмирал Трибуц направил в адрес командующих Ленинградским военным округом, Прибалтийским особым военным округом и командующего пограничными войсками донесение следующего содержания «Части КБФ с 19.6.41 года приведены в боевую готовность по плану N2, развёрнуты КП, усилена патрульная служба в устье Финского залива и Ирбенского пролива». [11]
Так же 20 июня 1941 года командование Северного флота провело в Полярном совещание с командованием 14 армии. По результатам совещания командованием СФ и 14 армии принято решение о совместной обороне, командование 14 армии решило выдвинуть на мурманское направление дополнительно (к уже развернутой 14 дивизии) 52 дивизию, флот должен был обеспечить перевозку войск в Западную Лицу
и Титовку. [5, 11]
Так что в целом можно сделать логичный вывод, о том, что командование флота, как в Москве, так и на местах о надвигающейся войне знало и к ней готовилось, готовилось так, чтобы не быть застигнутым врасплох.
Подготовка к отражению нападения Германии в период с 21 по 22 июня 1941 года
21 июня в 23:00 Нарком ВМФ Кузнецов получил от Наркома обороны СССР маршала Тимошенко устную информацию о возможном в ближайшее время нападении фашистской Германии на Советский Союз.
Рассмотрим действия руководства ВМФ и командования флотов в период с 23:30 21 июня по 00:00 23 июня 1941 года более подробно.
Мероприятия центральных органов военного управления
21 июня в 23:35 ‑ 23:50 Народный комиссар Военно-Морского Флота Н.Г. Кузнецов по телефону приказал командующим КБФ, ЧФ и СФ перевести подчиненные флоты в оперативную готовность № 1. [14] В адрес Военных Советов флотов и командующих флотилиями отправлена директива Народного комиссара ВМФ № ЗН/87 с приказом КБФ, ЧФ, СФ, Дунайской и Пинской флотилиям немедленно перейти на оперативную готовность № 1. [10]
22 июня в 01:12[1] в адрес Военных Советов флотов и флотилий отправлена директива Народного комиссара ВМФ № ЗН/88, в которой указывалось, что в течение 22-23 июня возможно внезапное нападение немцев, которое могло начаться с провокационных действий. Наши задачи, указывалось в директиве, не поддаваться ни на какие провокационные действия, могущие вызвать крупные осложнения; флоту быть в полной боевой готовности встретить внезапный удар немцев или их союзников. Подтверждался переход на оперативную готовность № 1. Требовалось тщательно маскировать повышение боевой готовности. Ведение разведки в чужих территориальных водах категорически воспрещалось, так же как проведение каких-либо других мероприятий без особого распоряжения. [10]
22 июня в 13:45 на флоты и флотилии была направлена директива Народного комиссара ВМФ № 242/Ш о начале с 23 июня 1941 года выполнения мобилизационных мероприятий в соответствии с ранее разработанной схемой оргмобразвертывания. [3, 4, 5]
Исполнение флотами требований директив Народного комиссара ВМФ №№ ЗН/87 и ЗН/88
Напомним, что в соответствии с ранее отданными приказаниями Народного комиссара ВМФ, по состоянию на 20:00 19 июня 1941 года флоты и флотилии находились в оперативной готовности № 2. Во исполнение директив и указаний Народного комиссара ВМФ на флотах в период с 23:30 21 июня до 24:00 22 июня 1941 года были проведены следующие мероприятия.
Краснознаменный Балтийский флот [10]
21 июня 1941 года
В 23:37 на основании устного распоряжения Народного комиссара ВМФ командующий БФ отдал приказание о введении на флоте оперативной готовности № 1.
С 23:58 началось оповещение по флоту о переводе в оперативную готовность № 1.
22 июня 1941 года
С 00:01 до 02:32 (время получения командующим КБФ директивы Народного комиссара ВМФ № ЗН/88) соединения и части КБФ проводили мероприятия по переводу в оперативную готовность № 1, 1-я и 2-я бригады подводных лодок начали пополнение запасов и рассредоточение по приказу штаба КБФ. Начали поступать доклады об окончании перевода в оперативную готовность № 1 (части Береговой обороны Балтийского района, части Прибалтийской ВМБ в Риге).
В 02:32 командующий КБФ получил директивы Народного комиссара ВМФ о переводе сил флота в оперативную готовность № 1 и о возможном нападении Германии 22-23 июня 1941 года.
В 04:50 Военным Советом КБФ было доведено по флоту: «Германия начала нападение на наши базы и порты. Силой оружия отражать всякую попытку нападения противника».
К 06:00 по докладу командования КБФ, большинство кораблей 1-й и 2-й линии перешли на оперативную готовность № 1.
В 06:00 директивой Народного комиссара ВМФ (б/н) Военному Совету КБФ приказано «…произвести оборонительные минные постановки».
В 07:15 с улучшением метеоусловий начальником штаба КБФ было дано распоряжение командирам ВМБ и коменданту береговой обороны Балтийского района – начать воздушную разведку по плану и наставлению. В течение дня воздушную разведку несли на театре самолеты «МБР-2» 15, 41 и 44-й авиаэскадрилий.
В 09:05-13:00 штабом КБФ командиру ВМБ Либава и отряду легких сил, базировавшемуся на Усть-Двинск, были поставлены задачи по постановке минных заграждений; командующему ВВС флота – о подготовке к минным постановкам с воздуха.
В 12:20 командиру ВМБ Либава передано (через оперативного дежурного Прибалтийской ВМБ) приказание командующего КБФ эвакуировать корабли и 18 железнодорожную батарею. Самим отступать на север вместе с армией.
В 18:40 командиру 1 бригады подводных лодок штабом КБФ поставлена задача: «Топить все корабли противника, доложить обнаружение линкоров, крейсеров. Вести неограниченную подводную войну».
К 19:00 по докладу командования КБФ, на оперативную готовность № 1 перешли все части, соединения и объединения флота, находящиеся в строю.
В 20:16 командующий КБФ, по приказанию Народного комиссара ВМФ, ввел военное положение в ВМБ, укрепленных районах и секторах.
23 июня 1941 года
В 00:00 объявлено начало общей мобилизации.
Черноморский флот [10]
22 июня 1941 года
В период с 01:15 по 01:57 по Черноморскому флоту с объявлением оперативной готовности № 1 были проведены мероприятия по оповещению соединений и частей флота, выполнению мероприятий по светомаскировке.
К 03:00 в оперативную готовность № 1 были переведены: основная часть боевых кораблей ЧФ, Дунайская флотилия; 61 зенитный артиллерийский полк, 1, 2, 3 и 116 артиллерийские дивизионы береговой обороны, 12 самолетов на аэродроме Бельбек, ЭПРОН (Экспедиция подводных работ особого назначения – авт.), Батумская, Одесская и Николаевская ВМБ.
В 03:07 Константиновский пост НИС довел до оперативного дежурного штаба флота о том, что наблюдаются шумы моторов вражеской авиации. Корабли Черноморского флота и зенитная артиллерия береговой обороны организовано приступили к отражению воздушного нападения немцев на главную военно-морскую базу флота – город Севастополь.
В период с 04:13 по 04:55 над Главной базой был установлен барраж истребителей; отдано приказание на траление в бухтах и на подходах к Севастополю; береговые батареи и корабли Дунайской флотилии открыли ответный огонь по огневым точкам противника; в оперативную готовность № 1 перешли линейный корабль «Парижская Коммуна» и Новороссийская ВМБ.
В 06:00 директивой Народного комиссара ВМФ Военному Совету (б/н) ЧФ приказано «…произвести оборонительные минные постановки».
В 06:29 директивой Народного комиссара ВМФ № НШ/122 Военному Совету ЧФ приказано начать развертывание подводных лодок.
В 15:00 начал функционировать флагманский командной пункт ЧФ, оборудованный в подземных помещениях севастопольской АТС (у Каменной пристани Южной бухты).
В соответствии с указаниями штаба ЧФ корабли ЧФ приступили к приемке мин и к подготовке постановки минных заграждений в районе Главной базы.
В период с 23:00 по 24:00 22 июня авиация ЧФ в соответствии с приказанием Народного комиссара ВМФ нанесла удар по Констанце (6 «СБ» и 3 «ДБ-3»).
23 июня 1941 года
В 00:00 объявлено начало общей мобилизации.
Северный флот [10]
21 июня 1941 года
В 23:45 средства ПВО флота переведены в боевую готовность № 1.
22 июня 1941 года
В 00:56 Военный Совет СФ получил директиву Народного комиссара ВМФ № ЗН/87 о немедленном переводе в оперативную готовность № 1.
В период с 01:15 до 01:53 по флоту прошло оповещение по переводу в «Оперативную готовность № 1».
В 01:35 Военный Совет СФ получил директиву Народного комиссара ВМФ № ЗН/88.
С 01:50 по 02:15 завершили перевод в оперативную готовность № 1: ЭПРОН, ОВР (охрана водного района – авт.), военный трибунал, порт Полярное, организационно-распорядительное строевое управление. По флоту и в базе Полярное объявлено «Угрожаемое положение».
С 02:20 по 04:25 переход в оперативную готовность № 1 завершили: 49 авиаэскадрилья, прокуратура, гарнизон Полярное, госпиталь, тыл СФ, Беломорская ВМБ. Минному заградителю «Мурман» приказано следовать в губу Оленья для приема мин.
В 04:25 Северный флот перешел на оперативную готовность № 1.
В 09:33 командованию Северного флота была направлена директива № НШ/123 (получена в 10:35) с приказанием выслать подводные лодки в район Вардё включительно до Вайалазти с задачей вести неограниченную войну против транспортов и боевых кораблей Германии, не допуская их в Варангер-фьорд.
К 18:00 все находившиеся в боеготовом состоянии подводные лодки были рассредоточены в губах Кольского залива.
В 16:42 Военному Совету СФ была направлена директива № НШ/138 с разрешением наносить удары авиацией по сосредоточению ВВС на территории Норвегии, а в 19:37 Военный Совет СФ получил от Народного комиссара ВМФ директиву № 7/27 с приказанием продолжать совместно с ВВС армии уничтожение авиации противника ударами с воздуха и уничтожение транспортов в Варангер-фьорде нашими подводными лодками.
В 20:10 получена телеграмма Народного комиссара ВМФ № 242/Ш с требованием приступить с 23 июня 1941 года к выполнению мобилизационных мероприятий.
Анализ доступных архивных материалов показывает, что флоты основные мероприятия по переводу в оперативную готовность № 1 выполнили к 06:00 22 июня.
На Северном флоте после получения в 00:56 22 июня директивы № ЗН/87 о переводе в оперативную готовность № 1, оповещение по флоту началось в 01:15 и закончилось в 01:53. Первые доклады о переводе поступили 01:50 (ЭПРОН). В 04:25 Северный флот перешел в оперативную готовность № 1.
Черноморский флот перевод в оперативную готовность начал в 01:15 22 июня и первый доклад о переводе поступил от Дунайской военной флотилии в 02:00. В 04:55 Черноморский флот перешел на оперативную готовность № 1 (последний зафиксированный доклад о переводе от Новороссийской ВМБ).
Краснознаменный Балтийский флот перевод в оперативную готовность № 1 начал в 23:37 21 июня по устному распоряжению Народного комиссара ВМФ Н.Г. Кузнецова, оповещение по флоту началось не позднее 23:50 21 июня. Первые доклады о переводе поступили в 00:30 22 июня (части Береговой обороны Балтийского района) и в 00:50 (части Прибалтийской ВМБ, Рига). К 06:00 большинство кораблей 1-й и 2-й линии перешли на оперативную готовность № 1. В 19:00 командование КБФ доложило, что все части, соединения и объединения флота, находящиеся в строю, перешли на оперативную готовность № 1.
В результате предпринятых командованием ВМФ мер, флоты и флотилии встретили войну в боевой готовности и не понесли существенных потерь в кораблях и самолетах в первые часы и дни войны, что сказалось на результатах боевой деятельности флотов. Ситуацию очень хорошо описывает Народный комиссар ВМФ Николай Герасимович Кузнецов в своей книге «Курсом к победе»:
«Никто не оказался застигнутым врасплох.
Позади были недели и месяцы напряженной, кропотливой, иногда надоедливой работы, тренировок, подсчетов и проверок. Позади были бессонные ночи, неприятные разговоры, быть может, взыскания, наложенные за медлительность, когда людей поднимали по тревоге. Многое было позади, но все труды, потраченные время и нервы – все было оправдано сторицей в минуты, когда флоты уверенно, слаженно и без проволочек изготовились к встрече врага». [14]
«В первые дни мы понесли некоторые потери в кораблях и в людях. Так, в ночь на 23 июня на Балтике, подорвавшись на мине, серьезные повреждения получил крейсер «Максим Горький». Немного раньше подорвался и погиб эсминец «Гневный».
Активнее всего против наших баз и кораблей гитлеровцы действовали с воздуха. Однако их налеты большого вреда не причинили. В ответ на ожесточенные воздушные атаки Либавы авиация Балтийского флота в первый же день ударила по Мемелю (Клайпеда). Судя по аэрофотоснимкам, повреждения были нанесены крупные.
Успешно действовала наша авиация и на Черном море, нанося удар по Плоешти. Корабли Черноморского флота готовились ударить по Констанце.
Колокола громкого боя, загремевшие на кораблях, подняли моряков на борьбу со смертельным врагом». [14]
В качестве иллюстрации высокой готовности флотов к отражению фашистской агрессии можно привести данные о потерях авиации ВМФ в первые дни войны. [15]
За первые четверо суток боевых действий (с 22 по 25 июня) ВВС флотов потеряли всего 20 самолетов:
Северный флот – 3 самолета (1 истребитель, 2 самолета из состава бомбардировочной и минно-торпедной авиации);
Балтийский флот – 4 самолета (3 самолета-разведчика, 1 самолет из состава бомбардировочной и минно-торпедной авиации);
Черноморский флот – 13 самолетов (3 истребителя, из них 2 небоевые потери, 10 самолетов из состава бомбардировочной и минно-торпедной авиации).
Из числа указанных выше 20 самолетов только 2 были уничтожены противником на аэродромах.
В дальнейшем, до конца июня (в период с 26 по 30 июня), потери ВВС флотов существенно возросли (до 68 самолетов), однако значительная их часть (32 самолета из состава бомбардировочной и минно-торпедной авиации) была связана с применением авиации ВМФ в интересах сухопутных войск по наземным целям.
Для сравнения можно привести данные потерь сухопутной авиации. В донесении командующего Северо-западным фронтом от 22 июня 1941 года Народному комиссару обороны СССР об обстановке на 22:00 22 июня указывается, что фронт (до войны Прибалтийский ОВО) в первый день войны потерял до 100 самолетов (из имеющихся 877 исправных), причем значительная их часть была уничтожена или повреждена на земле. [12]
Как видно из приведенной выше хроники событий, произошедших накануне Великой Отечественной войны, о готовящемся нападении фашистской Германии говорили многие факты и признаки, но о том, что война начнется 22 июня, Наркомату ВМФ стало известно только в 23.00
21 июня 1941 года.
Несмотря на это, Военно-Морской Флот, имея отработанную систему оперативных готовностей, на основании одной короткой телеграммы (директива № ЗН/87), отправленной в 23.50
21 июня, перевод в оперативную готовность № 1 начал своевременно, без задержек и успел выполнить заблаговременно спланированные мероприятия, обеспечившие организованное отражение нападения противника.
Развернутая директива Наркома ВМФ № ЗН/88 была направлена на флоты спустя 52 минуты. Она включающая в себя данные о сложившейся обстановке и дополнительные указания, в том числе об отражении агрессии. В тоже время, дополнительное время, затраченное на ее подготовку, уже не сдерживало сроки перевода флотов и флотилий в повышенную боевую готовность.
Таким образом, благодаря действующей в ВМФ системе оперативных готовностей, нападение противника для всех флотов и флотилий не стало внезапным. Кроме этого, она позволила своевременно передать разрешение на применение оружия для отражения агрессии [2].
Разработанная для Военно-Морского Флота накануне войны и введенная в действие Наркомом ВМФ Н.Г.Кузнецовым система оперативных готовностей, доказала свою насущную необходимость и эффективность, в следствии чего, в дальнейшем была распространена во всех видах и родах войск Вооруженных Сил Российской Федерации и до настоящего времени продолжает доказывать свою жизненную необходимость.
Краткий обзор деятельности Николая Герасимовича Кузнецова на посту Наркома ВМФ СССР в предвоенные годы и первые дни вероломного нападения гитлеровской Германии, проведенный в этой статье, без всякого сомнения подтверждают, тот факт, что благодаря своему выдающемуся и деятельному таланту военного руководителя и личному мужеству наш главный флотоводец времен Великой Отечественной войны спас подчиненные ему силы от позора внезапного поражения, сохранил их боеспособность для борьбы с немецким флотом на море и привел Военно-Морской Флот к победе.
По материалам и с использованием фотографий с сайтов :
А ЗАВТРА БЫЛА ВОЙНА … - Вестник военного образования (ric.mil.ru)
Федеральный портал Истории России (histrf.ru)